Небо в рублях

196

    - Ага, - кивнула я и не утерпела:
    - Так кто все же впихнул шприц в Тетю Мотю?
    - Наташа, - слишком быстро ответил Дегтярев. - Кит передал ей слова матери про завещание, и девица решила действовать. Но за нападение на куклу никакой ответственности не будет.
    - Бывшая невестка Смоляковой призналась?
    - Да.
    - После того как ты рассказал ей, что Киту может грозить обвинение в попытке убийства матери, ведь так? - спросила я. - Наташа представила небось дело как дурацкую шутку, типа, Ми всех разыгрывала со своей куклой, а теперь ее прикололи?
    - Вроде того, - согласился Дегтярев.
    - И Никита выйдет сухим из воды? - заорала я.
    Дегтярев пожал плечами.
    - Наташа стоит на своем. Все, мол, придумала сама, а шприц - идиотская шутка, не более того.
    - Ее посадят? А он станет разгуливать на свободе? Как ты только можешь!
    Полковник вынул носовой платок, промокнул вспотевший лоб и тихо сказал:
    - Я не занимался официально этим делом, просто помог Вовке Алексееву. Постарайся понять, книги Смоляковой любят миллионы, ее романы ждут, Милада должна иметь возможность спокойно работать, иначе читатели лишатся любимого писателя.
    - А «Марко» прибылей, - ехидно отметила я.
    - Верно. Но я в первую очередь подумал о тех, для кого романы Смоляковой отдушина, луч света в беспросветном царстве тяжелого быта. Ее произведения берут в больницу, в дорогу, расслабляются с книгами вечером, ведь не всякий способен смотреть порнуху, новости и кровавые ленты, кто-то хочет незатейливого чтения и спокойного сна. А Смолякова молодец, Достоевского из себя не корчит. Пусть работает для тех, кто ее любит. И еще: Ми может примириться с сыном-мошенником и вором, но как жить с осознанием того, что Никита хотел убить мать?
    Поняла?
    - Марфа задавила дочь! - воскликнула я. - Имей Ми нормальную мать, никогда бы не стала испытывать комплексы, не хотела бы быть для всех хорошей, не послушалась бы Марсика, не получила…
    Сообразив, что сейчас выдам чужую тайну, я резко захлопнула рот. Дегтярев кивнул.
    - Видишь, ты тоже не хочешь рассказывать все.
    А почему? Жалеешь Смолякову. И мне ее тоже очень жаль. Иглу в шею Тети Моти воткнула Ната. Пошутить решила! И точка! Что же касаемо Никиты… Ему в самом деле было невыгодно устранять мать, милый сынишка затеял все, чтобы стать единственным объектом любви и денежных вложений Ми. Кстати, после нашего разговора Смолякова это так и поняла.
    Она теперь знает: Кит не хотел убивать мать, Наташа действовала сама, без согласования действий с бывшим мужем.
    Я топнула ногой.
    - Нет! Конечно, это Никита тщательно подготовил убийство старух и запланировал «несчастный случай» с Нас гей!
    - Последнее - лишь наши домыслы, - напомнил Дегтярев.
    - Но, услыхав про изменения в завещании, он перепугался, - неслась дальше я, - и сообразил: терпению мамы пришел конец, Ми поговорила с Макеем и теперь знает цену сынишке. Утром вызовут нотариуса, а днем могут выгнать милого мальчика вон. Кит догадался: он перегнул палку, следовало тихо, как и было запланировано, убивать постепенно членов семьи, а не затевать еще историю с «бизнесом», чтобы «доить» маму. Мне кажется, кстати, это последнее «дело» Никита придумал без обсуждения с Наташей, решил, что «уход» членов семьи - это одно, а деньги, которые испуганная «наездом» Ми станет платить, ему не помешают. Боясь потерять все. Кит ночью, опять же не посоветовавшись с Наташей, схватился за шприц. Это абсолютно истерическая реакция! Пусть Ми умрет, деньги тогда достанутся ему. Конечно, новых книг не будет, но ведь старые станут переиздавать… Он, скорее всего, и не понял толком, что произошло в комнате Ми. Утром Никита, еле живой от ужаса, выполз к завтраку и узнал, что мама.., спокойно работает. Смолякова вела себя, как всегда, никто не знал, что она готовит побег, и Кит успокоился… Знаешь, он ведь считает мать дурой, недоумком. Столько лет обманывал родительницу, нагло врал ей, а та верила каждому слову. По мнению Кита, Ми натуральная идиотка, не способная к нормальному мыслительному процессу, книг Смоляковой он не читает, полагает, что родительница пишет дурацкие сказки для идиотов. Вот и тогда он наверняка все же сообразил, что его укол достался Тете Моте, но думал: мама-кретинка ничего не увидела, шприц, вероятно, сам выпал, закатился под кровать, а Тетю Мотю она и правда увезла в «Марко». А что он еще должен был полагать, если мамочка вела себя естественно, словно забыла про ссору с любимым сыном? Никита пребывал в полной уверенности: с мамашкой приключилась истерика, а теперь снова порядок. Он даже испытывал некую радость: вот и хорошо, что так получилось, Милада нужна живой, пусть пашет на деточку, все идет по плану… Но в ту ночь, потеряв самообладание, он пытался убить Смолякову, я в этом абсолютно уверена!